От стратегии к реализации: оценка выполнения Плана действий по предупреждению пыток в Таджикистане

Реализация Национальной стратегии Республики Таджикистан в области прав человека на период до 2038 года и Плана действий на 2023–2025 годы остаётся ключевым направлением государственной политики в сфере защиты прав человека. Особое внимание в этих документах уделено обеспечению свободы от пыток и защите прав лиц, лишённых свободы.

Как отметила Руководитель общественной организации «Мир права» Гулчехра Холматова, принятие Плана действий стало важным шагом, направленным на систематизацию усилий государства по выполнению международных обязательств, в том числе в рамках Комитета против пыток ООН и Комитета по правам человека ООН. По её словам, структура документа отражает ключевые рекомендации, вынесенные Таджикистану в 2018–2019 годах, включая совершенствование законодательства, обеспечение эффективного расследования, укрепление гарантий прав задержанных, внедрение стандартов Стамбульского протокола, а также развитие механизмов мониторинга и компенсации.

По итогам мониторинга реализации Плана действий, Таджикистан продемонстрировал развитие нормативно-правовой базы. В частности, отмечается дальнейшая имплементация уголовной ответственности за пытки, усиление процессуальных гарантий, включая доступ к адвокату с момента фактического задержания, развитие механизмов компенсации вреда, а также принятие Постановления Пленума Верховного суда №32 от 29 декабря 2025 года.

Гулчехра Холматова подчеркнула, что данное постановление является значимым достижением, поскольку закрепляет принципы государственной ответственности, расширяет доступ к правосудию и способствует формированию более предсказуемой судебной практики.

Вместе с тем, по результатам анализа, сохраняются системные институциональные вызовы. Один из ключевых вопросов — механизм расследования пыток. Несмотря на наличие процессуальных норм, действующая модель, по её словам, не в полной мере обеспечивает независимость и беспристрастность расследований. Отсутствие специализированного независимого органа и институциональная взаимосвязанность следственных структур с правоохранительной системой остаются существенными ограничениями.

Отдельное внимание было уделено необходимости приведения законодательства в полное соответствие с Конвенцией против пыток. Среди существующих пробелов названы отсутствие полного охвата всех форм жестокого обращения, наличие сроков давности, отсутствие прямого запрета амнистии, а также необходимость дополнительного закрепления принципа недопустимости оправдания пыток.

Также сохраняются проблемы в области документирования пыток и проведения медицинских освидетельствований. Несмотря на предусмотренное внедрение стандартов Стамбульского протокола, остаются вопросы обеспечения независимости медицинских экспертиз, институционализации процедур документирования, доступа жертв к результатам освидетельствования и межведомственного взаимодействия.

В числе нерешённых вопросов остаётся и создание превентивных механизмов. Международные органы последовательно рекомендуют ратификацию Факультативного протокола к Конвенции против пыток и создание Национального превентивного механизма. На сегодняшний день, несмотря на развитие практики мониторинга с участием гражданского общества, такой механизм не институционализирован.

Г. Холматова также указала на необходимость развития системы возмещения вреда и реабилитации жертв пыток. Несмотря на усиление нормативной базы, включая судебные механизмы компенсации, остаётся задача создания комплексной системы помощи, охватывающей медицинскую, психологическую и социальную поддержку.

Отдельной проблемой остаются вопросы данных и прозрачности. Наблюдается разрыв между официальной статистикой и данными гражданского общества, что указывает на необходимость развития единой системы учета и публичной отчётности.

Важным элементом реализации Плана действий остаётся образовательный компонент. По словам Холматовой Г., ОО «Мир права» в сотрудничестве с государственными органами реализовала ряд инициатив, включая обучение следователей методике допроса по модели PEACE, проведение тренингов для судей и прокуроров, обучение стандартам Стамбульского протокола, а также разработку электронных курсов и учебных пособий. Вместе с тем, эти инициативы требуют дальнейшей институционализации.

Существенным ограничивающим фактором реализации Плана действий остаётся отсутствие закреплённого финансирования, что влияет на устойчивость и масштаб мероприятий.

По итогам анализа предлагается сосредоточить усилия в рамках следующего Плана действий на 2026–2028 годы на ряде приоритетов. Среди них — завершение приведения законодательства в соответствие с Конвенцией против пыток, создание независимого механизма расследования, развитие независимой судебно-медицинской экспертизы, ратификация Факультативного протокола и создание Национального превентивного механизма, институционализация стандартов Стамбульского протокола, создание системы реабилитации жертв, обеспечение устойчивого финансирования, развитие статистики и мониторинга, а также внедрение системных образовательных программ.

Как подчеркнула Г. Холматова, Таджикистан сформировал важную нормативную и стратегическую основу для предупреждения пыток. Следующим этапом, по её словам, должно стать обеспечение практической реализации этих положений через создание устойчивых и независимых институтов.